Я ненавидел зиму всю свою сознательную жизнь. Не за красоту — снег я люблю, когда он лежит на ветках и хрустит под ногами. А за то, что зимой надо одеваться как капуста, мерзнуть на остановках и скользить подошвами по утрамбованному льду. И особенно — за коньки.

В детстве меня каждые выходные таскали на каток. Мама почему-то решила, что фигурное катание — это мое призвание, хотя я при виде льда впадал в ступор, ноги разъезжались, а лезвия коньков жили собственной жизнью. Тренерша говорила: «Мальчик техничный, но боится». Я не боялся. Я ненавидел. Но мама платила деньги, и я послушно выписывал восьмерки, падал, вставал, снова падал.

Вырос, уехал в другой город, купил машину, и про каток забыл лет на пятнадцать. Пока в прошлом году не встретил Лену.

Лена обожала зиму. Она вставала на коньки так же естественно, как я чищу зубы по утрам. У нее были свои «джексоны», наточенные в идеальном сервисе, термобелье и абонемент в ледовый дворец. Когда она сказала: «Пойдем покатаемся», я промолчал про свое ледовое прошлое. Просто кивнул и пошел покупать коньки.

Знаете, сколько стоят хорошие взрослые коньки для фигурного катания? Я не знал. Думал, тысячи три-четыре, ну пять. В спортивном магазине продавец с сочувствием посмотрел на мой вытянувшийся нос и показал ценник: двенадцать тысяч минимальные, восемнадцать — нормальные, двадцать пять — профессиональные.

Я сказал: «Спасибо, подумаю». Вышел, сел в машину и минут пять просто сидел.

До зарплаты десять дней, на карте шесть тысяч, ипотека, кредитка, бензин. Коньки за двенадцать — это космос. А сказать Лене, что я не пойду, потому что денег нет — позор. Она же не знает, что я свои ледовые травмы уже лет пятнадцать как залечил. Для нее я просто парень, который не умеет кататься, но хочет попробовать.

Вернулся домой, открыл ноутбук, начал искать подработку. Фриланс, шабашки, курьерские услуги — везде либо нужно было начинать с понедельника, либо платили копейки. Я листал объявления, пил уже третью чашку чая и медленно впадал в отчаяние.

И тут в браузере открылась старая вкладка. Я даже не помнил, когда ее сохранил. Месяц назад, наверное, когда коллега в курилке хвастался выигрышем. «Вавада», говорит, «только через рабочее зеркало заходить, основное у провайдера заблокировано». Я тогда посмеялся, сказал, что мне лотереи достаточно. А вкладку закрывать не стал.

Сижу, смотрю на этот логотип, и думаю: а почему нет? У меня есть пятьсот рублей, которые я откладывал на стрижку. Постригусь на следующей неделе. А пятьсот — не велики потери, если что.

Нашел vavada рабочее зеркало на сегодня, зарегистрировался, пополнил счет. Играть решил не в слоты, а в покер с компьютером. Я в институте немного умел, базовые комбинации помнил. Доллар против бота — почему бы нет.

Первый час я просто вникал. Выигрывал по мелочи, проигрывал по мелочи, баланс прыгал в районе четырехсот-шестисот. Потом поймал удачную руку: флеш-рояль, бот сделал рейз, я ответил, он еще рейз, я колл. Вскрытие — я выиграл банк. На балансе загорелось три тысячи четыреста.

Я выдохнул, снял две тысячи, оставил тысячу четыреста крутить дальше. Еще час — еще две с половиной тысячи. Закрыл приложение в полпервого ночи с четкими пятью тысячами выигрыша. И пятьюстами своего стартового взноса, которые я благополучно слил в середине процесса.

Коньки я купил на следующий день. Не за двенадцать — нашел модель прошлого сезона со скидкой за девять семьсот. Продавец смотрел с одобрением: «Хороший выбор, для начинающих самое то». Я промолчал, что начинающий с пятнадцатилетним стажем ненависти.

Первое катание с Леной было пыткой. Ноги помнили всё: лед скользил, лезвия резали, колени подгибались. Я упал четыре раза за час, огреб кучу синяков и проклял всё на свете. Но Лена держала меня за руку, смеялась над моими кривыми восьмерками и говорила: «У тебя отличная база, просто размяться надо».

После катка мы пили горячий шоколад в автомате у входа, и я вдруг поймал себя на мысли, что не ненавижу лед. Ну, почти. Синяки ныли, мокрые носки холодили пальцы, но когда Лена улыбалась и поправляла шарф, всё это становилось неважным.

Мы встречались еще полгода. Катались каждые выходные, потом разъехались — у нее предложение в Москве, у меня здесь родители, ипотека, не готов был бросить. Но коньки остались.

Они висят в прихожей, рядом с моими осенними ботинками. Иногда я достаю их, проверяю лезвия, протираю замшу. В этом сезоне так и не сходил на каток ни разу. То времени нет, то настроения, то просто лень.

А на прошлой неделе пришло письмо от vavada: «Ваш аккаунт давно не активен, получите бонус за возвращение». Я зачем-то перешел по ссылке, открыл vavada рабочее зеркало на сегодня, посмотрел на баланс. Там оставалось семьсот рублей с прошлого раза.

Я поставил сто рублей на красное в рулетке. Выпало черное. Поставил еще сто — опять черное. Плюнул, закрыл вкладку. Не мой день.

Но знаете, я не расстроился. Потому что те девять тысяч семьсот, что я выиграл тогда, в тот бессонный вечер, уже сделали своё дело. Я купил на них не просто коньки. Я купил возможность не выглядеть неудачником в глазах человека, который был мне дорог. Я купил полгода субботних рассветов, горячего шоколада и её смех над моими падениями.

Коньки до сих пор висят в прихожей. Иногда я глажу их пальцем и думаю: надо бы заточить. Может, в эти выходные всё-таки схожу. Один. Без Лены, без ожиданий, без попыток кого-то впечатлить. Просто встану на лед, сделаю круг, другой, вспомню, как ненавидел это в детстве, и улыбнусь.

Потому что ненависть прошла. Осталась только история. И пара хороших коньков, которые достались мне почти даром. Если не считать пятисот рублей на стрижку, которую я так и не сделал.