— Всё, — сказала Лена, откладывая телефон. — Мне надоело. Мы не съездим никуда в этом году.

Я хотел её утешить, но внутри закипало раздражение. Не на неё. На себя. На этот дурацкий агрегат, который жрёт деньги. На работу, где мне в очередной раз не подняли зарплату. Я работаю дизайнером на удалёнке, заказы есть, но всё как-то вяло. Денег ровно столько, чтобы хватало. Без жирка. А тут ещё эта стиралка.

Я ушёл в кабинет, закрыл дверь и тупо уставился в монитор. В голове крутилась мысль: «Нужно что-то делать». Но что? Кредит брать? У родителей просить? Стыдно. Мне тридцать два года, я мужик, а чувствую себя нашкодившим подростком.

Тогда я открыл браузер. И сам не знаю, какая муха меня укусила. Я уже давно нигде не играл — полгода точно. Не из принципа, просто как-то не тянуло. Но в тот вечер потянуло. Словно внутренний голос сказал: «Вадик, а давай? Хуже уже не будет». Я зашёл на свою старую платформу. С балансом там был ноль, конечно. Я закинул тысячу рублей — сумму, которую мы бы всё равно потратили на чебуреки и дошик. Лена не узнает, подумал я. И начал.

Сначала я крутил слоты. Бестолково, быстро, без души. Проиграл пятьсот рублей за семь минут. Психанул. Потом переключился на рулетку. Поставил на чёрное — выпало красное. Ещё на чёрное — опять красное. Я уже готов был закрыть всё к чертям, но в этот момент в комнату заглянула Лена. Увидела экран. Не сказала ни слова. Просто села рядом на край кресла и положила голову мне на плечо.

— Дурак, — тихо сказала она. Без злости. Скорее устало.

— Знаю, — ответил я.

— Проигрываешь?

— Ага.

Она помолчала секунд десять. Потом взяла мышку у меня из рук. Я опешил. Лена всегда была против. Она из тех девушек, которые говорят «это всё лохотрон» и «отдай деньги мне, я их хотя бы на скидках в одежде просажу». Но в тот вечер в ней что-то переключилось. Может, усталость. Может, отчаяние от сломанной машинки и несбывшегося моря.

— А ну подвинься, — сказала она. — Покажи, что тут крутить можно. Но я сама. В моём присутствии.

Я показал ей лобби. Она долго листала, хмурясь и рассматривая названия. Остановилась на каком-то автомате с обезьянами и золотыми бананами. Сказала: «Вот этот милый». Поставила пятьдесят рублей. Выпало ничего. Ещё пятьдесят — ничего. Ещё сто — двести. Мы вместе смотрели на экран, и я вдруг поймал себя на мысли, что давно не чувствовал такого единения. Мы не ссорились, не обсуждали ремонт, не считали копейки. Мы просто были рядом, оба дурака, которые надеются на чудо.

И тут случилось. Обезьяны начали падать с дерева в какой-то бонусной игре. На экране загорались множители: х5, х10, х20. Лена вцепилась мне в руку. Я перестал дышать. Счёт пополз вверх. Не быстро, а скачками. Сначала прилетело две тысячи. Потом сразу плюс пять. Потом — бах! — и мы перевалили за пятнадцать. вавада беттинг — вот где происходило это безумство. Я смотрел на цифры и не верил. Лена тоже.

— Остановись, — прошептала она. — Забери, пожалуйста. Пожалуйста-пожалуйста.

Я нажал кнопку вывода, не глядя на баланс. Потом уже посмотрел. Двадцать одна тысяча рублей. Мы выиграли двадцать одну тысячу за двадцать минут игры вдвоём. Я никогда не выигрывал таких денег. Лена — тем более. Она вскочила, обняла меня, потом отстранилась и посмотрела с таким выражением, будто я показал ей фокус с исчезновением Эйфелевой башни.

— Это реально? — спросила она.

— Деньги уже на карте, — сказал я, показывая СМС.

Она выдохнула. Так глубоко, будто весь месяц не дышала. На следующий день мы вызвали нормального мастера, не того «мальчика с отвёрткой», а сервис из официального центра. Починили машинку за семь тысяч. Остальное Лена положила на отдельный счёт. Подписала его в телефоне как «Море-2024». И даже добавила туда смайлик с пальмой.

Я иногда смотрю на тот остаток в банковском приложении и улыбаюсь. Не от того, что мы легко заработали. А от того, как это случилось. Ситуация, когда всё плохо, жена называет тебя дураком, садится рядом и забирает мышку. вавада беттинг стал для нас не про азарт, а про то, как мы в самый паршивый вечер перестали быть «ответственными взрослыми» и просто позволили себе маленькое безумие. Оно окупилось. Не всегда так бывает. Но в тот раз — да.

Лена больше никогда не подходила к экрану во время моих редких игр. Говорит: «Это был разовый акт, хватит». Я не спорю. Она права. Но каждый раз, когда вижу рекламу стиральных порошков или прохожу мимо магазина бытовой техники, я вспоминаю тот вечер. Золотых обезьян. Её удивлённое лицо. И как она сжимала мою руку, пока на экране прыгали множители. Это был наш общий джекпот. Не только денежный. А тот, где двое наплевали на правила и просто порадовались. Вместе.